Deep in Roots

Расскажу вам небольшую историю, тёмные души, обитающие здесь, о большом и старом Дереве, Корни которого тянутся глубоко под землю… Настолько глубоко, что многие из них просто питают Дерево, не помня и не осознавая, какое, зачем и насколько далеко оно от них вверху.

Некоторые Корни уже давно отмерли, оставив после себя живые и мощные Ветви, наполненные густой Листвой. Там, наверху, под небом, о котором они даже не мечтали. Некоторые же, молодые, пробивают себе дорогу через ещё неопознанную, неблагоприятную почву, в поисках новых источников жизни. И всё — ради величественного, но уже немного наклонившегося Дерева, широко раскрывшего свои объятья навстречу небу.

Моё восхищение этим, одним из многих, да, очень многих деревьев, уже много лет не гаснет. Его мощный ствол расписан кровью, на нём острым металлом вырезаны древние знаки, неведомые никому ныне. Пожалуй, лишь одно Дерево помнит, кем и зачем они были нанесены. Но эту кровь впитал ствол, эти знаки стали украшением — грубыми шрамами, кричащими о себе всем окружающим. Там, вверху, сияют жизнью острые и крепкие листья, даря миру воздух, которым дышат многие, а кто-то, возможно, даже из тех, кто восхищается ими, как я.
Неуместным было бы называть это дерево каким-то именем, а этот лес обрекать каким-то названием. Поэтому я обойдусь лишь описанием того, что вижу и окунусь в чертоги памяти, во времена, когда некоторых ветвей ещё не было там, где они есть сейчас.

Самая молодая ветвь ныне вытянулась выше всех. Её насыщенные черные листья раскинулись агрессивно над всем деревом. Порой мне кажется, что она готова вспыхнуть пламенем, в один миг. Но жилки на листьях всё так же пульсируют размеренным, тёмно-красным светом. Эта ветвь живёт своей жизнью… Я смотрю на неё и мне кажется, будто она преобразовывается в мучающегося человека, которого гложет причастность к своему роду, зависимость от своих корней. Была бы его воля, он перегрыз бы связь своими зубами и оторвался, дабы жить свободно и независимо. (Watain)

Другая густая ветвь, разросшаяся на противоположной стороне дерева, чуть пониже, выглядит массивно и величественно. Она не стремится уже вверх, и, разрастаясь сильнее, медленно и спокойно, она постепенно оседает под своим весом. Всё ниже и ниже. Листья в этой области не стремятся к свету, они живут, словно бы только ради себя. Тем не менее, рассматривая красивую основу, видно, что ветвь держится за ствол, как огромный коршун за свою жертву. Прикасаясь, я чувствую сильную связь между деревом и ею, ощущаю жизнь, текущую где-то внутри горячей лавой. Я знаю, что эта ветвь помнит свои корни, она с каждым разом всё больше наклоняется к огромной связи ветвей ниже, словно советуясь, либо отдавая дань старшим. Но под своим величием, однажды, сильно наклонившись, она может треснуть… (Behemoth)

Я знаю это дерево давно, ещё с молодости, помню, как те ветви, о которых буду говорить дальше — были верхушкой, цветущей и яркой, а сейчас — это уже потихоньку угасающие и голые ветки, мало где покрытые редкими пучками листьев. Эта цепь ветвей покрывает всю окружность дерева на одной высоте и явно тянется огромной жилой от самых корней, чуть отделённых уже из-за своей старости от основного ствола этого древнего Древа.
Кажется, что не будь этой ветви на дереве — отмерли бы и остальные. Словно она — основа, сила, на которой и из-за которой растут те, что выше. Живут не желающие жить, растут молодые, яростные и сильные. Две стороны Дерева покрыты похожими ветвями, они очень стары и сухи, но по-прежнему крепки и в самом сердце которых ещё теплится жизнь… У этих ветвей нет ни величия, ни агрессии, они не сияют напряжённой тьмой, фиолетовым светом, они только излучают энергию. Подойдя к ним и закрыв глаза, я ощущаю силу, которая окружает меня всего, окутывает пеленой и погружает в тяжёлые сны. Стоит мне коснуться этих голых ветвей, меня посещают видения, самые странные и неясные, которые я когда-либо видел. Эти умирающие ветви ведают те времена, о которых я никогда не узнаю, ничего не вспомню… Я вряд ли когда-нибудь пойму хоть что-то из того, что мне показывают Они. Но это воистину прекрасно. (Big Boss & Equirhodont)

Лишь одна ветвь ещё полна силы. Она находится чуть ниже, но питается от того же источника. Ещё с детства она была для меня опорой для того, чтоб залезать на дерево. С неё я начал познавать всё. Ступая на неё первую и забираясь на самый верх — я стал узнавать и другие деревья…Наблюдать дали, о которых и не подозревал. Иногда мне кажется, что лишь, когда умру я, тогда отпустит дух и эта ветвь. Настолько мы привязаны друг к другу. Я всегда питаюсь от неё силой, её листья не так неприступны и остры для моих рук. Они приятны на ощупь, но не нежны. Они живы, но не молоды. Это старая, крепкая ветвь, находящаяся близко к корням, знающая всех, что находятся выше и взаимно уважающая всех. Отдающая все живительные соки, что получает из-под земли, наружу. Часами вглядываясь в её величие я изредка начинаю замечать, словно с тоской она смотрит на Корни, что видны из-под земли… (Moonspell)

Эти Корни — дающие жизнь всему Дереву предки, крепкие и толстые, они зловеще выступают из-под земли и как лапы паука разлеглись вокруг. Невозможно подойти к дереву, не ступив на них, не ощутив их одобрение либо осуждение. Эти корни — уважаемые всеми старики, независимо от того, каких высот добились ветви. И всё Дерево знает, что живёт лишь стараниями их, что оно Едино лишь их стараниями. Что все ветви, такие независимые и особенные — вместе лишь из-за них. Успеют ли эти ветви породить плоды до отмирания корней, которое принесёт конец всему дереву… (Root)

Меж толстых и сочных корней на земле видны и более тонкие, промежуточные, составляющие единую паутину, но ни для кого ничего не значащие. Их мало кто замечает, о них мало кто думает, а сами они как можно сильнее стараются закопаться под землю. Тянутся к тем, которые уже умирают… (Torr)

Я никогда не видел самых глубоких корней этого дерева. Возможно, я узнаю о них лишь после смерти. Я узнаю их лишь после смерти. Я примкну к ним после смерти. Хотелось бы примкнуть… Или хотя бы ютится рядом.
Но я чувствую, что они ещё живут и из последних сил питают Дерево. Они уже ядовиты, впитывая в себя живительные соки, они отдают дереву ядовитую смесь, но вряд ли она вредит стволу… Вряд ли. Она подпитывает ярость самых верхних ветвей, она добавляет гордости ветвям пониже от того, что они быстро справляются с ядами, она уже совершенно не влияет на отмирающие ниже ветви. Когда-то отмирающие ветви питали именно эти корни, они были единым организмом, напрямую влияющим друг на друга. Они и другие, уже отмершие и окаменевшие… (Venom)

Корни, когда-то бывшие началом всего этого Дерева, этого творения природы, живого существа, которым я могу наслаждаться и поныне. Умершие и оставившие после себя огромное наследие, эти корни помнит всё разумное, связанное с Деревом, эти корни будут помнить все окружающие деревья, ибо они пробили почву до самых источников жизни. Когда-то они обладали самой большей силой среди ближайших деревьев, когда-то они даже повлияли на их жизнь…
Я тоже помню о них. Когда вырос, Дерево мне поведало о своих истоках, тихий шёпот тёмных листьев и хруст ветвей рассказали мне свою историю. И каждый раз возвращаясь сюда, первым делом я смотрю на чёрную почву и обращаюсь с благодарностью к тем, что уже давно покоятся глубоко внутри. (Bathory)

Посмотрите же и вы на это Дерево, родственные души. Возможно, кто-то из вас тоже увидит в нём красоту, проникнется этой единой, но такой разнообразной семьёй. Может, кто-то из вас также как я приходит к нему и садится рядом, слушая его и наблюдая за медленно текущей жизнью часами?.. (Dark Metal)

© Черненко Александр
16.01.2014

Поделиться:


0

Deep in Roots: Один комментарий

  1. Художественный очерк о музыкальном жанре dark metal. В метафорической форме изображены отцы-основатели жанра и те команды, которые повлияли на формирование дарк метала как жанра.

    0

Добавить комментарий